Источник: журнал "Дельфис"

Вероятно, сегодня нет ни одного человека из рериховского мира, кто бы с беспокойством не следил за тем, что происходит с Музеем Рерихов (филиалом Государственного музея Востока), недавно созданным, а теперь загадочно отправляемым в «ссылку» на ВДНХ в не приспособленный под музейную работу павильон. Люди гадают: это какое-то опрометчивое решение Минкульта или следствие негативного отношения к семье Рерихов, внёсшей в нашу и мировую культуру неоценимый вклад?

Публикуемый ниже материал – это некий вариант статьи, подготовленный нашей редакцией. А сама статья – плод работы группы авторов, отдавших изучению наследия Рерихов и его пропаганде многие годы жизни.

 

В информационном поле, связанном с темой рериховского наследия, всё время неспокойно. Одна из недавних новостей, прозвучавшая из уст Президента России В.В. Путина: между Россией и Сербией произойдёт обмен культурными ценностями – Сербия отдаст нам семь картин Н.К. Рериха, хранящихся в её архивах, а мы ей – 166 листов Мирославого евангелия, находившегося в Российской национальной библиотеке. Сам факт такого рода обмена – обычная практика общения между государствами, но впечатляет статус данного события: об этом говорили президенты двух стран. «Это свидетельствует о том, что встреча была хорошо подготовлена», – заявил президент Сербии А. Вучич, а министр культуры этой страны И. Тасовац сообщил новость об открытии в России Музея Рериха: «В нашем Национальном музее находятся семь картин Николая Рериха, которые попали к нам в период между двумя мировыми войнами. Так как Россия в наступающем году открывает музей имени этого живописца и философа, мы разговариваем о том, чтобы великие ценности двух народов вернулись домой. И мы в шаге от этого важного события». Приятная новость!

Видимо, сербы не знают, что с 2016 года в центре Москвы в усадьбе Лопухиных существует Государственный музей Рерихов (филиал Музея Востока), который имеет в своей экспозиции сотни картин Рерихов и за небольшое время своего существования уже провёл несколько масштабных выставок. По-видимому, по случайному совпадению тема об «открытии Музея Рериха» и передаче туда картин из Сербии совпала с инициативой Министерства культуры переселить Музей Рерихов из усадьбы Лопухиных в центре Москвы в один из павильонов на ВДНХ. Похоже, сербского министра ввели в заблуждение, выдав переселение действующего музея за открытие нового. Тем более что речь идёт не просто о переселении музея, а о существенном ухудшении его положения, начиная от сокращения экспозиционных площадей, ухудшения условий музейной работы до возможного юридического упразднения самого музея как филиала Музея Востока.

В течение последних месяцев все, кому небезразлично наследие художника и мыслителя, били тревогу – сама идея переезда музея в новое помещение вызывала множество вопросов. На письма общественности и депутатские запросы сотрудники Минкульта отвечали: «Ваши опасения преждевременны, вопрос решается и решится в положительном ключе». И вот решился. Ответственные сотрудники Министерства культуры В. Кононов и К. Рыбак объяснили публике, что в связи с наличием грибка в подвалах усадьбы Лопухиных, а также из-за низкой посещаемости музея принято решение перевезти коллекцию рериховских картин в павильон на ВДНХ. Казалось бы, нужно радоваться – музей продолжит своё существование в новом, многолюдном месте. Однако у тех, кто давно наблюдает за ситуацией вокруг музея, остаются очень серьёзные вопросы, которые хотелось бы задать тем, кто принимает решения по данной теме. Создаётся впечатление, что представители Минкульта, рапортующие в разные инстанции (которые направляют им запросы по этой теме), что с музеем всё в порядке, а существующие в нём проблемы можно будет решить «открытием нового Музея Рерихов на ВДНХ», намеренно вводят всех в заблуждение. Между тем люди, любящие Рерихов и интересующиеся их наследием  (их в России сотни тысяч), имеют основания для  беспокойства, а также право на информацию о намерения Минкульта в отношении его будущего. Но министерство не снисходит до прямого диалога с общественностью.

Слухи о том, что после выселения Музея Рерихов здания усадьбы Лопухиных передадут в ведение Государственного музея изобразительных искусств (ГМИИ) им. А.С. Пушкина, находят подтверждение. Г-н В. Кононов заявил, что такой вариант рассматривается. В самом Музее Рерихов уже побывали две комиссии из ГМИИ им. Пушкина. Оказывается, с идеей передать здания усадьбы Лопухиных соседнему ГМИИ там побывал не кто иной, как директор Музея Востока А.В. Седов. Действительно, «добрососедский» жест. Появилась также информация, что руководство Музея Востока собирается упразднить юридический адрес своего филиала (ведь и почтового у него тоже не будет) и, таким образом, фактически и юридически упразднить и сам Музей Рерихов.

Переезд Рерихов на ВДНХ пугает тем, что павильон явно не готов к экспозиции живописи. А ведь рериховские картины – это национальное достояние стоимостью в сотни миллионов долларов! В этом помещении невозможна обычная культурно-просветительская работа, нет выделенных помещений для лекций и других культурных музейных мероприятий. Там негде разместить сотрудников музея, что делает невозможной обычную для любого музея работу экскурсионного, научного, экспозиционно-выставочного и других отделов. Экспозиционные помещения павильона, возможно, достаточно хороши для временных выставочных проектов, но совершенно непригодны для постоянной экспозиции музея. В них нет выделенных помещений под локальные тематические выставочные залы. Но главное, в павильоне нет места для хранения музейной коллекции более чем из 1000 произведений Рерихов, крупнейшей в мире коллекции их живописных работ. Нет помещений для реставрационной работы с картинами. Для полноценного депозитария подобного количества экспонатов необходим комплекс помещений с отдельным изолированным входом и специализированным оборудованием. Но и этого нет, так же как нет помещения для уникального архива семьи и библиотеки, не говоря уже об отдельном читальном зале для работы с архивными документами и книгами.

Пикантная особенность павильона – отсутствие туалета – ближайший находится на улице на расстоянии 100 метров. Трудно при этом ожидать повышения посещаемости музея.

Сотрудники Минкульта утверждают, что новое помещение на ВДНХ – больше по площади, чем усадьба Лопухиных, и потому,  мол, любителям творчества художника не о чем беспокоиться. Но и это дезинформация, поскольку половина павильона будет занята артефактами из бывшего депозитария Музея Востока, причём данные экспонаты планируется выставлять в том же павильоне. На самом деле для картин Рериха будет меньше площади, а сам «музей» приобретает характер временной выставки со сменной экспозицией. Собственно, об этом говорит и сам директор Музея Востока А.В. Седов, который объявил, что в павильоне будет размещена всего лишь выставка картин Рерихов, громко названная им «Музей Рерихов на ВДНХ». Так что речь уже идёт не о музее, которого уже не будет, а о выставке.

Помещение для временных выставок – это не музей. Возможно, его можно превратить в музей, но кто же позволит перестраивать на ВДНХ помещения исторического характера? Напротив, они сейчас восстанавливаются в своей прежней помпезности. А власти ломают голову над тем, чем же занять эти специфические пространства. Вот тут-то Рерихи и пригодились!

Наконец, возникает вопрос безопасности хранилища картин. В таком многолюдном месте, как ВДНХ, нет возможности обеспечить охрану картин на должном уровне. Случай с кражей картины Куинджи в Третьяковке показал, что даже такая, казалось бы, хорошо охраняемая территория, как Третьяковская галерея, уязвима для безработного вора-одиночки.

Одна из важных причин переезда музея, озвучиваемая Министерством культуры, – низкая его посещаемость. Однако ещё несколько лет назад посещаемость музея была на гораздо более высоком уровне. На первую выставку музея «Николай Рерих. Восхождение» в пиковые дни приходило по 2 тысячи человек! Все прекрасно понимают, что в современном мире, где действуют законы рекламы, любое учреждение культуры может обеспечить достаточную посещаемость только при наличии продуманной рекламной политики. Но с момента открытия музея в 2016 году министерство не обеспечивало его достаточным финансированием, в том числе на рекламную деятельность. Как может штат в несколько сотрудников с низкими окладами (притом что планировалось 56 ставок) обеспечить эффективную работу музея? Такое впечатление, что создание полноценного Музея Рерихов хоть и было заявлено министерством, но вовсе и не планировалось. Похоже, идея переселения музея продиктована скорее желанием убрать рериховское наследие с публичного поля и рассеять ряды его поклонников. Тогда становятся объяснимыми уклончивые, с ироническим подтекстом ответы чиновников министерства на письма граждан о судьбе государственного музея.

Но как к этому должна относиться неравнодушная часть общественности, выступавшая в своё время за создание Музея Рерихов? Спокойно смотреть на все эти действия, противоречащие интересам государства и повышающие градус напряжения в стране?!

Немного о Н.К. Рерихе

 

Создание Музея Рерихов было ответом на мощный запрос общественности ко всему, что было создано Рерихами – от картин и книг, до глобальных общественных проектов и ярких путешествий, не говоря уже о нравственной философии.

В России много талантливых художников, и у кого-то может возникнуть вопрос: в чём значение Н.К. Рериха, чтобы для его творчества и творчества его семьи был создан отдельный музей, в то время как другие видные художники его не имеют? Сегодня, когда репутацию человека, к сожалению, создают не его реальные дела, а мнение масс-медиа, журналистские штампы, важно напомнить о реальном вкладе семьи Рерихов в русскую и мировую культуру.  

Уникальность Н.К. Рериха-художника и мыслителя проявляется во многих направлениях, но следует сказать об универсальности его наследия. Нравится или нет кому-то Н.К. Рерих, но он был не только замечательным живописцем, выдающимся представителем Серебряного века, путешественником, но и крупным культурным и общественным деятелем, выдвигавшим глобальные инициативы. Он был умелым народным дипломатом, прекрасным писателем, ярким мыслителем, открывшим для русской и мировой культуры мир сакрального Востока. Почти во всех этих областях Н.К. Рерих был новатором, пионером, который шёл нехожеными тропами. В области живописи он, безусловно, создал свой мир, систему образов и красок, которые до сих пор восхищают и высоких профессионалов, и обычных зрителей. В области культуры он был одним из её ярких защитников, не словами, но делами добивавшийся мировых результатов. Пакт Мира, провозглашённый им и подписанный в 1935 году в Нью-Йорке, послужил основой современного законодательства в области защиты памятников культуры. Н.К. Рерих был не представителем восточного искусства, но глубоко русским человеком, проделавшим огромную работу по сохранению русской старины. Он совершал археологические экспедиции и активно участвовал во многих государственных проектах по сохранению «старины» – исконной русской культуры, был великолепным мастером слова, оставившим после себя десятки книг и статей.

Его призывы к диалогу различных культур, оформленные в целую идеологию веротерпимости, до сих пор являются актуальными для сегодняшнего, раздираемого конфликтами и войнами мира. Его уважали и с ним сотрудничали такие мировые авторитеты в области культуры, науки и политики, как Альберт Эйнштейн, Роберт Милликан, Бернард Шоу, Герберт Уэллс, Джон Голсуорси, Морис Метерлинк, Джавахарлал Неру, Рабиндранат Тагор. В созданной Н.К. Рерихом Американо-русской культурной ассоциации (АРКА) участвовали такие известные люди, как Эрнест Хемингуэй, Рокуэлл Кент, Чарли Чаплин, Эмиль Купер.

Безусловно, в силу своей уникальной художественной и человеческой одарённости Н.К.Рерих предвидел многие вызовы, с которыми мы сталкиваемся сегодня, и предлагал свои оригинальные рецепты выхода из этих кризисов. Он предвидел, что глобализация пойдёт по ложному пути пропаганды потребительства, массовой культуры и манипуляции сознанием масс, и потому предложил новый проект единения человечества на основе глубинного единства культур, следы которого он находил во время своих уникальных путешествий по миру.

Он был страстным и одновременно просвещённым патриотом России и русской культуры, завещавшим все свои картины нашей стране, несмотря на то, что последние десятилетия своей жизни провёл в Индии. Его призыв к освоению духовной культуры Востока и цивилизационному развороту в сторону Азии прозвучал словно в преддверии сегодняшней схватки цивилизаций. Рерихи не один раз вспоминали высказывание известного русского путешественника Афанасия Никитина: «И от всех наших бед уйдём в Индию». И разве не пророчески звучит это напоминание в наши дни? Куда нам ещё идти, как не на Восток, если Запад хочет от нас одного – полной и безоговорочной цивилизационной капитуляции и не желает видеть Россию своим полноценным и уважаемым соседом?

Всё это говорит о Н.К. Рерихе как о крупном художнике, мыслителе и патриоте, чьё наследие заслуживает отдельного музея или даже научного центра. Но где понимание уникальности и нужности рериховских проектов для России со стороны Министерства культуры, исповедующего в отношении Рерихов идеологию «оптимизирования»? В советское время институты, учреждения культуры и музеи, временно законсервированные в условиях эвакуации, открывались, даже когда ещё не кончилась война. Бывшему работнику Военно-исторического общества В. Кононову наверняка известны приказы Наркомпроса РСФСР 1941 года «О мероприятиях по сохранению и учёту музейных фондов», «О формах функционирования музеев в условиях военного времени». Ведь тогда 427 музеев, оказавшихся на оккупированной территории СССР, были разграблены, а свыше 100 000 ценных памятников вывезены за пределы страны. Но уже с весны 1942 года музеи прифронтовой полосы и центральные музеи включились в работу по учёту ущерба, и многие из них были восстановлены уже в 1944-1945 годах. Почему же сегодня, когда мы уже более 70 лет живём без войны, а цены на нефть идут вверх, денег на финансирование государственного музея, содержащего самую крупную в мире коллекцию картин Н.К. Рериха, так и не находится? Интересно, какую бы оценку получила работа современных ответственных работников Минкульта по сохранению музеев и музейных ценностей, если на неё взглянуть глазами военного времени?

Но даже если сравнивать такую работу не с высочайшим ответственным трудом и дисциплиной военной эпохи, но с перестроечными стандартами, то насколько всё-таки снизилось умение чиновников мыслить и работать на масштабном государственном уровне! Понимают ли они, что их логика и стратегия выглядят в ряде вопросов неизмеримо слабее, чем поведение советских  и постсоветских руководителей страны и культуры, какой бы справедливой критике они сегодня ни подвергались за другие дела и решения? Всё-таки те приняли рериховское наследие, то есть выступили как созидатели, а сегодняшние чиновники работают на принижение, если не на уничтожение. 

Что значит фактическое закрытие Государственного музея Рерихов для страны?

 

Это ещё один шаг к культурной деградации, насаждающей деловые и развлекательные центры, но закрывающей очаги культуры, объединяющие людей. Музей Рерихов – не первая организация, которую собирается закрыть Минкульт. Можно вспомнить замечательный ансамбль «Боян» под руководством А.И. Полетаева и немало других высокопрофессиональных, патриотически ориентированных организаций, попавших под тяжёлый каток Минкульта.

Это уничтожение романтики, высокой культуры, существующей на бюджетные, то есть на наши с вами, деньги, от которой Минкульт хочет побыстрее избавиться, заменив их  развлекательной, коммерчески выгодной псевдокультурой.

Закрытие Музея Рерихов означает и урон для восточного направления русской культурной политики, которую олицетворял собой и своей универсальной деятельностью Н.К. Рерих. Это, конечно, будет отмечено нашими восточными соседями, той же Индией, однозначно – Россия не торопится развивать с ними культурные связи. На Востоке вообще умеют правильно улавливать тонкие сигналы на государственном уровне. И сколько косвенных потерь для России это вызовет, просчитывал ли кто-нибудь подобные перспективы?

Наконец, в основе решения о закрытии музея – глубокое пренебрежение к той части народа, интеллигенции, для которой необходимым условием жизни являются духовный поиск, картины Рериха, увлечение Востоком. Это опасно – любить то, что не входит в чиновничье представление об окружающем мире. Отменяя свое собственное решение о создании Государственного музея Рерихов (филиала Государственного музея Востока), министерство расписывается в своём непрофессионализме. 

Единственно правильный выход из тупика

 

Сотрудники Министерства культуры, к величайшему сожалению, демонстрируют не государственное, а коммерческое и бюрократическое мышление. Ведь на этот раз ликвидируется не общественная организация, а филиал государственного музея. Та часть общественности, которая ратовала за создание именно Государственного музея Рерихов, выступает категорически против его фактической ликвидации. Единственно правильным выходом из сложившейся ситуации она считает предоставление Минкультом твёрдых гарантий, что здание Музея Рерихов в усадьбе Лопухиных не будет передано никаким другим организациям. Если необходим ремонт, то он может быть проведён без выселения музея.

Хочется верить, что министр культуры В.Р. Мединский, разработавший программу по воспитанию патриотизма в России, не станет исключать из неё таких просвещённых патриотов, как Рерихи. Надеемся, что министр разберётся с оптимизаторскими планами своих подчинённых и не будет лишать россиян и иностранных гостей, любящих творчество Н.К. Рериха и его семьи, возможности смотреть любимые картины и общаться с единомышленниками в стенах уже существующего музея. Тем более что в разное время высокую оценку творчеству и культурным инициативам художника давали президент В.В.Путин, Е.М. Примаков,  Д.А. Медведев, С.В. Лавров. Именно президентская резолюция: «Примите меры для обеспечения интересов государства» – была поставлена на письме В.Р. Мединского, когда шли судебные процессы Минкульта, преследующие цель создания на базе усадьбы Лопухиных Государственного музея Рерихов. Но ведь эти интересы явно состоят не в том, чтобы перенести музей в плохо приспособленный для этого павильон на ВДНХ, отдать здание усадьбы другому музею и на много лет выключить имя Рериха и его наследие из культурного пространства России. Любой государственно мыслящий человек понимает: обостряющаяся обстановка в стране и мире делает сегодня миротворческие одухотворённые идеи Рерихов ещё более актуальными, а самостоятельный полноценный музей этой семьи – крайне необходимым. Ещё не поздно остановиться, чтобы начать движение в правильном направлении!