23 октября 2019 года исполняется 115 лет со дня рождения великого русского художника, общественного деятеля и ученого Святослава Николаевича Рериха.

 

«... Святослав Рерих в своих беседах не упускал случая напомнить и о Платоне, считавшем, что Красота рождает высокие мысли, высокие мысли совершенствуют человека и вызывают прекрасные действия, которые преобразуют человеческую жизнь. Конечно, объективный идеализм Платона, включая материальный мир в высшую действительность «Единого», не только не игнорировал реальность мироздания, но в конечном счете исключительно из нее черпал и все представления об идеальном. Платоновский «мир идей» – пантеистичен, и эстетика Платона, не выходя за пределы представлений о гармонии законов Космоса, заряжалась действенностью в стремлении воспроизвести такую же гармонию в микрокосмосе, в человеке.

Логично, в один ряд со ссылками на античность, ложатся у Святослава Рериха и ссылки на эпоху Возрождения. Так, в статье «Искусство и народ» он пишет: «Леонардо да Винчи следующим образом характеризовал искусство живописи: "Тот, кто не признает искусство живописи, отрицает философское и утонченное восприятие мира, потому что живопись является законной дочерью или, скорее, внучкой природы. Все, что существует, порождено природой, породившей и искусство живописи"».

Постоянное обращение к Природе и сверку творческих позиций художника с ее законами можно рассматривать как доминанту творчества Святослава Рериха. Закономерно, что на прямой вопрос, заданный ему на выставке одним из посетителей: «Что выявляет Ваше творчество в целом? Есть ли какой-то общий ключ к пониманию его?» – художник ответил: «Ключ к моим картинам, к моему творчеству – в моем отношении к жизни <...>. Оно многосторонне. Я люблю жизнь, меня жизнь всегда интересовала. Интересовала не только жизнь людей, но жизнь всей природы, вся Жизнь. Я всегда с самого детства увлекался природой, увлекался всем, что природа нам дает. И теперь ничто не доставляет мне столько удовольствия и радости, как погружение в природу, чтение ее книги мудрости. Эта мудрость разлита во всем: в крыльях бабочек, в сверкании кристаллов, ее вы встретите в цветах, в жизни насекомых. Радость, которую я ощущаю в контактах с природой, и есть ключ к моему творчеству, к моим картинам».

О такой творческой радости на Востоке сказано: «Радость – есть особая мудрость». Природа для Святослава Рериха – неиссякаемый источник Прекрасного. Художник не выдумывает «красивое», а ищет красоту в окружающей его жизни и переносит ее на плоскость полотна. Здесь может возникнуть вопрос – в чем же тогда заключается сам акт творчества? Однако ответ на него давно уже дан: в композиции. В той самой мудрой композиции, следуя законам которой творит и сама Природа, когда она связует в единое гармоничное целое бесчисленные вариации своих неповторимых деталей. Не ограничивая себя в этом творчестве, в этом постоянном самосовершенствовании, она предоставляет неограниченное поле действия и своим творениям.

Думается, что задача каждого творца, назначение любого творческого проявления заключаются также и в том, чтобы помочь людям ощутить себя действенной силой в мироздании. И разве не искусство способно лучше всего подсказать, что не только солнце освещает землю живительными лучами? Наш мир, мир людей загорается яркими красками и под воздействием того света, который излучают человеческие сердца, человеческая мысль! Именно этим светом горит и зажигает зрителя искусство Святослава Рериха. Его красоте присуща творческая активность. Она не мечтает о прекрасном, а вытесняет безобразное и заполняет собой человеческие души и окружающий человека мир. В этой активности – великая Правда искусства и его нравственное оправдание перед несовершенствами человеческого жизнеустройства.

… Какой же притягательной силой дополнительно обладал Святослав Николаевич, чем привлекал к себе столь повышенное внимание? Многие пытались раскрыть эту его «тайну». В частности, д-р Вивек Бхаттачарья в статье «Держава Святослава Рериха» писал: «В интервью он пояснил мне необычную силу того, что мы называем интуицией. Когда я спросил его, как он находит зримые образы для того, что существует по ту сторону видимого нами голубого небосвода, в Космосе, он улыбнулся и сказал: "А как этот свод смогла преодолеть наука? Разве не стояла за этим величайшим открытием присущая нам, людям, сила человеческого разума?" Я прервал его новым вопросом: "Считаете ли вы такой же силой воображение и интуицию?" Святослав Рерих сдержанно улыбнулся и промолчал. <...> И вдруг передо мной ярко вспыхнула одна картина. Это было шесть лет тому назад, и я этого никогда не смогу забыть. Мы находились у подножия Гималаев в Дера. День я провел в лесу. Вечером мне нужно было закончить одну работу, и я засиделся до поздней ночи. Перед тем, как отправиться на покой, я заглянул в соседнюю комнату. В ней я увидел человека, погруженного в отрешенное глубокое размышление. Как зачарованный, я смотрел на него несколько минут. Все лицо его светилось каким-то внутренним светом. Я никому тогда не поведал о виденном. Этим человеком был Святослав Николаевич Рерих».

Думается, что далеко не один В. Бхаттачарья был свидетелем такого внутреннего озарения. Его могли наблюдать многие из тех, кто подходил к Святославу Рериху с намерением приобщиться к источнику, из которого он сам черпал силу своего духа, своего творческого гения. Не всем удается извлечь из этого источника равноценный улов. Для кого-то он так и останется недосягаемым идеалом, а для кого-то в конечном счете обернется обманным призраком. Кто-то окрестит его Мистической Тайной, а кто-то пустым самообманом. Вероятно, лишь немногие испытали на личном опыте реальную силу этого источника в полной мере. Но тому, что он существует и щедро одаряет некоторых людей необычайно целостным ощущением жизни, имеются тысячи достоверных свидетельств. Присовокупить к ним свою лепту могут и все те, кто ближе подходил к Святославу Николаевичу Рериху. В нем ярчайшим образом проявляет себя ощущение непреходящего Бытия, взаимосвязанности всего, всегда и во всем.

Каждый, кому приходилось так или иначе сталкиваться с Рерихом, мог получить от него что-то для себя ценное или отвергнуть неприемлемое. Святослав Николаевич никому не пытался внушать свое мировоззрение. Вместе с тем никто не мог усомниться в его праве судить по-своему, ибо его мировосприятие опиралось как на прочный эмпирический фундамент, так и на непередаваемое чувствознание Единства всего Сущего.

Подчас можно было заметить, как среди оживленной беседы, обмена мнениями или в ответственный момент принятия важного решения Святослав Николаевич целиком уходил в себя, чтобы приобщиться к тому Океану Беспредельного, в котором можно найти ответ на все вопросы, но в котором нет конца и края самим вопросам. Эта ярко выраженная сопричастность к Беспредельному отражалась у Святослава Рериха в его творчестве, в его отношениях с людьми, в его оценках событий, в его решениях отдаленных проблем и близлежащих задач. Скорее всего именно эта сопричастность и была тем «магнитом», который притягивал к себе людей. Побывать на берегу этого Океана соблазнительно для каждого, хотя заведомо не каждый готов пуститься по нему в далекое плавание. Святослав Рерих был отважным и опытным мореплавателем, даже во многом первопроходцем. Сознательно или бессознательно, но это всегда заслуживает признания, восхищения, подражания. Впрочем, иногда служит поводом и к зависти или недоброжелательству. Исключено лишь равнодушие. В общении с людьми Святославу Николаевичу не приходилось его испытывать, и он жалел лишь о том, что даже на берегу Безграничного Океана человеческие возможности ограничены временем и пространством».

 

Из книги П.Ф. Беликова «Святослав Рерих: Жизнь и творчество» (М.: Международный Центр Рерихов; Мастер-Банк. – 2004. – 328 с)